Итоги года после теракта 11 сентября в США

сентябрь 2002

Прошел год со дня теракта 11 сентября в США, который можно считать объявлением войны мировым терроризмом цивилизованному миру. Каковы итоги?

Достижения.

Несомненным успехом цивилизованного мира был разгром режима талибов в Афганистане. Это особенно должно радовать страны Средней Азии и Россию, поскольку сняло непосредственную угрозу вторжения талибов в эти страны, а затем и в Россию. Правда, поймать Бен Ладена и муллу Омара пока не удалось, не удалось также уничтожить их террористическую организацию и даже пресечь ее финансирование мусульманскими странами и благотворительными фондами.

Другим успехом можно считать осуждение этого теракта большинством стран мира и участие России и европейских стран в антитеррористической коалиции, которая разгромила режим талибов.

Наконец, третьим успехом можно считать изменение позиции США по отношению к Израилю. Почувствовав, что несут миру террористы, многие в США, в том числе руководители страны, стали лучше понимать Израиль, стали меньше воспринимать демагогию Арафата.

Однако, не сделано самое главное.

Не приняты мировые антитеррористические законы, провозглашающие, что терроризм является не одним из законных методов ведения войны, а преступлением против человечества. Причем под понятием терроризма следует понимать не только непосредственное выполнение теракта, но и руководство террористами, финансирование террористов, призывы к терактам, воспитание молодежи в духе ненависти и желания осуществлять теракты против указанных ей врагов, в том числе и ценой собственной жизни.

Стандартный вопрос: «Какая разница между борцами за свободу, или за другую, иногда благородную и справедливую цель, и террористами»?

Сама постановка такого вопроса некорректна. Дело в том, что терроризм является средством достижения цели, иногда благородной. Правильная постановка вопроса звучит так: «Следует ли считать терроризм средством, допустимым для достижения хотя бы благородных, справедливых целей?» Накопленный опыт истории отвечает на этот вопрос однозначно: не может быть достигнута справедливая цель плохими средствами. Даже если террор приводит к победе, цель настолько деформируется в процессе длительной, кровавой борьбы, что она только формально соответствует первоначально провозглашенной. Примером является хотя бы Октябрьская революция в России.

Поэтому террор должен быть исключен из перечня средств, допустимых для достижения любых, даже самых справедливых целей. И такие законы будут приняты на мировом уровне, но чем позже они будут приняты, тем больше будет жертв. Срочность принятия мировых антитеррористических законов, определяется также быстрым прогрессом военной техники и растущая вероятность попадания в руки террористов оружия массового уничтожения.

Потерянный год.

Таким образом, можно считать, что для борьбы против терроризма во многом, если не в основном, потерян прошедший год, один из буквально нескольких отведенных историей лет, когда у террористов еще нет оружия массового уничтожения.

Повидимому, шок от теракта 11 сентября прошел в странах Западной Европы и в России, и США оказались в одиночестве при подготовке к антитеррористической операции против Саддама Хусейна, а Израиль – в борьбе против палестинского террора-камикадзе. Удивительно, что Европа забыла, к чему ее привела политика умиротворения агрессора – Гитлеровской Германии перед Второй мировой войной. Сейчас она требует доказательств, что у Саддама Хусейна уже есть оружие массового уничтожения. Но разве недостаточно того, что он нанимает палестинских террористов – смертников, оплачивая их семьям по 25 тыс. долларов за каждого погибшего террориста? Разве у кого-нибудь есть сомнения, что он должен сидеть на скамье подсудимых рядом с Милошевичем? А орудие массового уничтожения, если ему не помешать, у него появится: его либо сделают в Ираке, либо, купят, например, в России, украденное с какого-нибудь плохо охраняемого склада.

Точно также, большой ошибкой является фактическая поддержка Арафата Европейскими странами и Россией. Эти страны, повидимому, не понимают, что Арафат сейчас отрабатывает новое оружие под названием «Террористы-камикадзе», которое очень скоро может быть использовано в любой стране, в том числе в странах Западной Европы и в России.

Израиль также недостаточно использовал возможности прошедшего года.

В стране за прошедший год произошли некоторые сдвиги. Его лидеры, наконец, поняли, хотя и с большим опозданием, что только жесткая политика может привести к уменьшению интенсивности террора.

Я считаю, что именно Израилю, не дожидаясь принятия мировых антитеррористических законов, следует принять государственные антитеррористические законы, в которых должен быть перечень террористических преступлений и определены наказания за каждое из них. Кажется странным, когда правительство страны после каждого крупного теракта решает, кого и как следует наказать за этот теракт. Это не его дело. Наказания за террористические преступления, как и наказания за бытовые преступления, должны быть определены в уголовном кодексе, а конкретные наказания назначаться судами. Преступники и их родственники должны знать, какие наказания они понесут в случае выполнения теракта. При этом наказания должны быть достаточно суровы: если теракты перестанут быть выгодны, а, наоборот, приведут к большим материальным потерям, например, разрушению домов и большому штрафу, террористы подумают, стоит ли их совершать, а родственники поостерегутся подстрекать молодежь к совершению терактов. Подстрекательство к террору, в том числе в средствах массовой информации, и финансирование террора, сами по себе должны квалифицироваться, как террористические преступления.

Не проанализированы ошибки соглашений в Осло. На мой взгляд, самой большой ошибкой этих соглашений является отсутствие санкций за невыполнение пунктов договоренностей, как это принято в коммерческих договорах. Поэтому Израиль все время шел на уступки, хотя палестинцы своих обязательств не выполняли, что порождало у них иллюзию, что израильтяне боятся их террора. А когда Израиль принял ответные меры, раздался крик на весь мир о его неправомерных действиях, поскольку в предыдущих точно таких же случаях Израиль подобных мер не принимал.

Двойные стандарты в ответных реакциях Израиля при терактах также связаны с отсутствием антитеррористических законов. Почему-то считается возможным уничтожать непосредственных руководителей террористов, а лидеров, призывающих к террору и финансирующих террор, в том числе и Арафата, даже не привлекают к суду. С Арафатом наиболее эффективными должны быть ультиматумы, требования выдать в указанные сроки для суда тех лидеров террористических организаций, которые берут на себя ответственность за каждый теракт, под угрозой высылки или привлечения к суду его самого.

К большому сожалению, Израиль проигрывает палестинцам информационную войну. На мой взгляд, основным тезисом израильтян должен быть упор не на страдания мирных людей, а то обстоятельство, что израильско-палестинский конфликт – это передовая линия фронта в войне цивилизованного мира против терроризма. Поэтому Израиль должен после каждого теракта направлять мировым организациям и правительствам стран мира требования запретить террор на мировом уровне, а также осудить палестинский террор, торпедирующий мирные переговоры. Не лишним было бы отметить, что нынешние руководители палестинцев сами являются террористами, поэтому было бы правильным создать палестинское государство под протекторатом какой-либо страны с ответственным руководством, например, Иордании. Это государство сможет получит полную самостоятельность только тогда, когда у палестинцев появятся молодые лидеры, способные руководить мирным государством, а народ научится зарабатывать на достойную жизнь мирным трудом.

Илья Нейштадт, Москва.

Опубликовано в израильской газете «Новости недели» 12 сентября 2002 г.


[John Neystadt WWW] 5490 посещений, начиная с 1.11.2007